МЕСТЬ
- Подробности
- Категория: Халиков Зия Ризаевич — досье
- Опубликовано 15.07.2019 18:11
- Автор: Super User
- Просмотров: 245
Криминально-религиозная история о том, как мусульманина в хадж не пустили
(Газета «Крымское время» от 22 марта 2000 года)
Бывают у человека моменты, когда жизнь загоняет его в угол. Точнее, не жизнь, а люди, которым это выгодно. И для этого они используют все, в том числе и запрещенные методы. И тогда ему остается защищаться, в том числе и с помощью гласности.
Именно потребность рассказать всему миру о том, что с ним произошло, и привела в «КВ» Зию ХАЛИКОВА — бывшего председателя Госкомнаца Крыма, бывшего члена президиума меджлиса, делегата курултая, а ныне директора частной строительной фирмы. Ниже мы приводим его рассказ.
— Каждый мусульманин хотя бы раз в жизни должен совершить хадж к святым местам в Саудовской Аравии, в Мекку и Медину. Мечтал и я об этом. Пытался попасть туда в прошлом году. Однако мне тогда сказали, что меня не включили в списки по указанию из меджлиса, потому что я... «неблагонадежный».
Пришел к старому муфтию: в чем моя вина, почему меня нельзя направить в хадж? Он, не поднимая глаз, говорит: брат, умоляю, в этом году я не могу решить этот вопрос, это не в моих силах, давай на следующий, я тебя первым в список включу!
Обратите внимание: оснований для отказа никаких, есть просто «убедительная просьба». Откуда она появилась, как я попал в категорию неблагонадежных? А все просто. Это случилось два года назад, когда я в числе 16 членов меджлиса заявил, что руководство меджлиса занимается неблаговидными делами. Вы помните, были публикации о том, что в структурах, им созданных, идут большие расхищения — фонде «Крым», Имдатбанке... Мы обратились к делегатам курултая, но наши силы были слабы, нас не поддержали. Нас, всех 16, вывели из состава меджлиса. А в муфтияте работает член меджлиса, который его курирует...
В этом году, как и в прошлом, король Саудовской Аравии прислал приглашения для 105 мусульман Крыма посетить его страну для совершения хаджа. Это означает, что он готов оплатить все расходы — а это весьма существенно, поскольку лично у меня таких денег нет. И вы понимаете, что это для меня значило: ведь я был близок к исполнению своей мечты!
Моя заявка была реализована через фонд «Крым-2000», который организовывал поездку, а муфтият подключился к этой работе уже потом. Меня включили в список, согласовали его с муфтиятом, отправили в Москву, в посольство, мы получили визы, я начал готовиться к поездке. Но тут мне (сообщают, что из списка исключены семь человек, в их числе и я. Насколько я помню, это совпало с возвращением Мустафы Джемилева из загранкомандировки. И снова мне никто. Никаких причин необъясняет. Какое отношение имеет меджлис к хаджу?
Я поговорил с представителями Саудовской Аравии, они с глубоким возмущением сказали: как такое может быть? И я решил не отступать. Почему я должен подчиняться?
Пошел я к новому муфтию. Тот мне объясняет; в меджлисе сказали, что вы неблагонадежный. Но ведь это не политическое, а религиозное мероприятие! Он: меджлис у нас высший представительный орган власти, и мы должны учитывать его мнение. Мы с ним долго говорили...
Я ему рассказал, например, что каждой крымский татарин, который даже еще не вернулся на родину, уже должен был бы иметь в Крыму свою квартиру. Еще работая в УКСе, в 1995 году, я рассчитал программу, сколько всего нужно средств — получилось примерно 400 миллионов долларов. Потом посчитал, сколько мы за эти годы денег получили, — вышло 400-450 миллионов. А ведь сегодня более половины переехавших еще совсем не обустроены!
Он меня послушал: для меня это новость, говорит, я спрошу у Джемилева, как и что. Меня это не очень испугало: ведь у меня есть и приглашение, и виза! Однако муфтий заявил, что перед посадкой в самолет они составляют новые списки, и попаду ли я туда, еще вопрос.
Вечером мы снова встретились с командой из Саудовской Аравии, они предложили лететь другим самолетом, чтоб избежать скандала. В общем, мы купили билеты только на десятое марта. Перед этим три дня подряд я отправлялся из дома в надежде улететь и каждый раз возвращался.
И вот — 10 марта. Зарегистрировались, заполнили таможенные декларации, вещи проверили, нам уже оторвали корешок билета. Но за пять минут до посадки подходит сотрудник милиции аэропорта: вы Халиков? Вас, сказали, в самолет не пускать. Ничего не знаю, по всем вопросам обращайтесь к Кенжалиеву (замначальника ГУ МВД Украины в Крыму).
Набираю номер телефона Рефата Кенжалиева — зачем ты меня задерживаешь? Если я нужен, через 10 дней буду здесь. Нет, ты нужен следователю, отвечает он мне. Вы, наверное, знаете, что сейчас идет следствие по делу Куртиева — заместителя мэра Феодосии. Меня уже дважды приглашала к себе следователь Эльвира Селеметова, я уже давал объяснения по одному эпизоду. Я не обвиняемый, не подозреваемый, ни от кого не прятался. Если опять нужно с меня снять свидетельские показания — пожалуйста! Но зачем же с самолета снимать в святой для меня момент?!
В общем, мои спутники улетели, а я остался в Крыму. Мне не вручили никаких документов. Ничего не объяснили. Как я узнал после, в милицию поступил анонимный звонок, что Халиков-де собирается убежать за границу. Проверили: да, уезжает. Вот и приняли меры...
Мне трудно винить милицию — может, они и правы, что приняли такое решение, но получилось, что они вольно или невольно оказали услугу меджлису.
В общем, начали мы работать со следователем. Это затянулось до самого позднего вечера. И я все еще надеялся улететь... Но вдруг Селеметова говорит: я вас задерживаю на трое суток. Повели в изолятор, описали имущество. Все, что я мог сделать, это объявить голодовку.
Мои родственники обо всем узнали совсем случайно и вычислили, где я, только в субботу. Вечером в понедельник, 14 марта, следователь сняла допрос и... выдала постановление об освобождении — предполагаю, что прокуратура не дала санкции на арест. Дома я оказался глубокой ночью. В хадж я так и не попал...
Такая вот политико-религиозно-криминальная история. В конце этого горестного рассказа я задала Зие Халикову несколько вопросов:
— И все-таки: на основании чего вас задержали?
— На основании свидетельских показаний Куртиева.
— Какую оценку вы даете произошедшему?
— Я считаю, что руководство меджлиса сделало все, чтобы расправиться со мной по политическим мотивам. Некоторые крымскотатарские газеты уже обратились ко мне с просьбой дать интервью об этой истории — и это те газеты, в которых имя Халикова всегда было под запретом либо упоминалось в негативном смысле. Конечно, я им отказал...
— Представляете ли вы какую-то угрозу для ваших обидчиков?
— Несомненно. Это отдельная тема. Я один из немногих, кто знает подробности деятельности коммерческих структур, созданных меджлисом. На последнем курултае я выступал с анализом о том, каким образом тот же Джемилев добился для себя диктаторских полномочий.
— Вы не боитесь, обращаясь в газету?..
— А мне ничего не остается. Боевики, простите, охранники одной из структур меджлиса мне уже преподнесли «урок» — это было в 1996 году, когда они в кабинете начальника УКСа устроили на меня нападение, когда я отказался вести с ними дела. Так что можно ожидать всего.
Наталья ГАВРИЛЕВА