ЧТО БУДЕТ С КРЫМСКИМ СОДОВЫМ ЗАВОДОМ?
- Подробности
- Категория: Трандафил Кирилл Иванович — досье
- Опубликовано 24.06.2019 13:22
- Автор: Super User
- Просмотров: 299
Руководители предприятия высвечивают сложившуюся ситуацию
(Газета «Крымская газета» от 9 августа 2000 года)
Судьба ОАО «Крымский содовый завод» волнует жителей Красноперекопска, небезразлична она и крымчанам, в каком бы городе они ни проживали. Предприятие фактически обеспечивает благополучие региона и пока принадлежит государству. Но долгое время муссируется вопрос о продаже 89 процентов акций государства. В Красноперекопск приезжали немцы, болгары, бельгийцы, турки, россияне, даже американцы, выступали по местному телевидению, пытаясь успокоить 3, 5-тысячный коллектив предприятия заверениями и обещаниями. Этого не получилось. Люди волновались и переживали накануне торгов, которые взялись проводить работники Фонда госимущества Украины. Многое киевляне держали почему-то в тайне. Вроде бы насчитывалось 14 заявок на покупку завода, но затем оказалось, что эта цифра сошла на единичку, и торги по существующим правилам были отменены. Процесс приватизации завис. Вновь много неясностей. Опять волнуются люди: что же будет дальше?
— Приватизация не отменена, — рассказывает председатель правления ОАО, депутат Верховной Рады Крыма Кирилл Иванович Трандафил. — Завод хотят продать по обычной пресловутой схеме, чтобы вырученными деньгами пополнить бюджет. Речь идет примерно о 162 миллионах гривень. Это будет вроде бы заслугой Фонда госимущества Украины. После провала первых торгов начинается второй круг подготовки документов, причем действия при этом абсолютно некорректны. В разные инстанции, в частности в Комитет по промышленной политике, в правительство Крыма направлена информация, что якобы наш завод ухудшил свою финансово-хозяйственную деятельность, вроде бы ему грозит банкротство. Мол, во избежание этого надо ускорить приватизацию предприятия. Что это — неинформированность, непонимание ситуации, сказать трудно. Я уже неоднократно подчеркивал на разных совещаниях у председателя Фонда Александра Бондаря, что работники его организации зачастую искажают истинное положение дел на предприятии. Это затрудняет высшему руководству страны принятие правильного решения о дальнейшей судьбе завода.
Разве содовый завод не платит средства в бюджет, в фонды, разве не наращивает производство? Совсем наоборот. Предприятие все больше и больше с каждым годом перечисляет денег в государственную казну, по-настоящему думая о ее пополнении, заботясь об этом на деле, а не на словах. Так, за минувшее полугодие в бюджеты всех уровней уплачено денег в 2, 5 раза
больше, чем за тот же срок в прошлом году. Цифра немалая — 10 миллионов гривень. В Пенсионный фонд выплаты возросли в 2 раза. То же самое можно сказать о других фондах. Производство кальцинированной соды выросла на 30, 4 процента, повысилось ее качество. Уровень рентабельности производства вырос на 2, 5 процента.
Коллектив, отметив 25-летие со дня пуска первой производственной нитки, работает сейчас на качественно новом уровне. Здесь завершился первый этап преобразований, начатый после 1996 года. Главной его задачей было победить на рынках сбыта. И хотя конкурентов было немало, именно крымский завод сумел предложить своим клиентам наиболее привлекательную схему сотрудничества, в том числе взаиморасчетов. Были найдены партнеры, которые выбрали Красноперекопск в качестве надежного поставщика, отдали ему предпочтение во всем другом. Таким образом, завод заработал себе имя, и не только в Европе. В Украине же он вообще вне всякой конкуренции, производя 90 процентов соды от объема, выпускаемого в стране.
Теперь наступил второй этап совершенствования, который, конечно же, предполагает стабильность работы. Завод из всех многочисленных клиентов избирает наиболее привлекательных для предприятия. Предпочтение отдается тем, кто использует при расчетах денежные средства, взаимовыгодные поставки. Сейчас из всей суммы расчетов 30 процентов занимают операции с «живыми» деньгами, бартер снизился до 15 процентов. Только в этом году доля денежных операций возросла на 3, 2 процента, экспортных операций — на 3, 5 процента. И такой завод надо отдавать кому-то? Тревожно, например, что в первом варианте приватизации предусматривалось отъединение производственной сферы от социальной. То есть завод как бы уже не имел отношения к созданным им теплицам, лечебно-оздоровительному центру, подсобному хозяйству, магазинам, спортивным сооружениям. Но ведь ясно, что без питающей артерии все это погибло бы. И еще: нельзя так спокойно относиться к потере несметных богатств Сиваша. В нем — бесценное сырье, еще далеко не использованные возможности. И это надо отдать Америке? Или Турции?
Руководители завода, объясняя свою позицию, часто говорят, что они не против приватизации в принципе. Только что касается содового завода, она должна быть не тайной, а прозрачной, согласованной с крымской властью, руководителями Красноперекопска, Советом безопасности, Украины. Только так, и не иначе. А Кирилл Иванович Трандафил сказал, что, если бы удалось встретиться с Президентом Кучмой, он рассказал бы без посредников об истинном положении предприятия.
Вячеслав ДАРКИН