С. КУНИЦЫН: «Я ПАТРИОТ СВОЕЙ ЗЕМЛИ»
- Подробности
- Категория: Куницын Сергей Владимирович — досье
- Опубликовано 20.09.2018 13:26
- Автор: Super User
- Просмотров: 179
(Газета «Крымские известия» от 2 октября 1992 года)
Сергей Куницын политик, что называется, новой волны: еще пять лет тому назад было совершенно невозможно представить себе, что должность председателя горсовета и его исполкома займет человек, которому не исполнилось еще и 30. Пошел третий год его работы на этом посту, и можно подвести некоторые итоги. В том, что это уже не мальчик, но муж, мы убедились после беседы с народным депутатом ВС Украины, «мэром» г. Красноперекопска Сергеем Владимировичем КУНИЦЫНЫМ.
А начался наш разговор... с его обиды, почему газета депутатов так мало внимания уделяет его городу. Сошлись на том, что и сами депутаты должны проявлять активность в сотрудничестве с прессой. На вопрос, что накопилось в душе за это время, ответил:
— Волнует меня наше будущее, если сказать коротко. Раньше было несколько проще: хоть к коммунизму, но стремились, была вера во что-то; А сейчас у людей нет веры в будущее, в то, что завтра будет лучше. У нас было высокоразвитое чувство коллективизма, вера в государство, в доброго дядю. Н. в одночасье мы этого лишились. Вдруг оказалось, что все неправда. Такое бесследно не проходит. За рубежом жизнь с детства готовит человека к самостоятельности, там люди раскрепощены, незакомплексованы.
— Вы, наверное, благодаря своей должности, много раз побывали за рубежом?
— Вовсе нет. Был один раз в Китае, в Харбине, по приглашению медико-лекарственной компании, она на нас вышла по линии Минздрава. Мы уже подписали выгодные договоры. Например, в городе оборудуется ресторан китайской кухни.
— В Харбине должно быть иного русских с белогвардейских времен?
— Их действительно было очень много до культурной революции, а сейчас они почти все выехали. Меня поразило, что Китай — великая страна, где, кстати, уровень жизни намного ниже нашего, уверенно строит социализм и не стесняется об этом говорить. Многого уже добились. Нигде не заметил неуважительного отношения к своей родине, стране. Мы же свою растоптали, и мне стыдно за наших политиков.
— Согласна. Сергей Владимирович, вы — человек молодой, энергичный, такие повсюду ценятся на вес золота. Не было мысли все бросить и уехать гуда, где оценят ваши способности?
— Знаете, что такое Родина, я впервые почувствовал, как это ни дико звучит, в Афганистане. Не потому, что война, а - чужбина, ощущение страшной ностальгии. И потом, пусть это банально, но я патриот своей земли, того ее куска, где живу я и мои дети.
— Вы в Крыму родились?
— Нет, в Средней Азии, на берегу Каспийского моря, а корни мои в Ярославле, Саратове. Фактически я сейчас оказался без родины в привычном понимании. Иногда в ВС Украины принимаются спрашивать, кто я — а я и сам не могу сказать, русский я.
— Скажите, а трудно быть мэром?
— Просто не надо казаться умнее всех. Задача руководителя — найти умных людей, объединить их качества для выполнения идеи, которую ты поставил.
К сожалению, быть мэром сегодня — это быть в некоторой степени мешком для битья. Нет хлеба в магазинах — я виноват, отключили воду — опять я. Иногда приходит человек с жалобой, ждет, что сниму телефонную трубку и все уладится. Видят князя во мне, того барина, что всех рассудит.
Заняв эту должность, я сразу для себя определил: накормить всех я не могу, поднять зарплату тоже. А вот город преобразить — по силам. Приезжайте, посмотрите!
— Вы на выборах, опередили первого секретаря горкома партии, замминистра. В чем секрет успеха, почему вам люди поверили? Может, в новых выборах ваши советы кому-нибудь помогут?
— В предвыборную кампанию я провел 110 встреч с избирателями, было дано 20 концертов. И потом я никому лишнего ничего не обещал. Вот недавно отчитывался перед избирателями — моя программа на 80—90 процентов, выполнена. Я и тогда понимал, что строить газопроводы — это не задача депутатов, нельзя покупать людей так дешево.
— А в чем же тогда их задача?
— Мы — законодатели. А этого никак не могут понять многие наши парламентарий. Они - хотят сами решать все государственные вопросы, но так, чтобы ни за что не отвечать. Вот как, например, на последней крымской сессии появился вопрос о подготовке к зиме. Смотри, народ, мы о тебе печемся! А те, кто на местах работает, собирает этот уголь по кусочку, выглядят как последние чинуши и бюрократы.
Контроль — осуществляйте, но не вмешивайтесь! Не справляются — ставьте вопрос об отставки, но не подменяйте! А мы сами же и в Симферополе, и в Киеве понапринимали массу ненужных законов...
— Например?
— Множество второстепенных, без которых можно было бы обойтись. Нет системности в работе. Взялись за экономический пакет — давайте идти до конца... А то вот установили большое количество льгот для многих категории, а они ничем материально не подкреплены. Зачем? Люди, они не такие глупые, им надо доверять. Нет у тебя в кармане ничего, так и скажи честно: потерпите, политика уважают за позицию, даже за неправильную.
— Вам помогает или мешает, ваша молодость?
— Сейчас, наверное, уже не мешает, хотя первые полгода были страшно тяжелые. Ждали, что пацан, то есть я, через 2—3 месяца сам испугается, сбежит. Когда человек к власти шел 20—30 лет, естественно, он не сразу поверит в 29-летнего, да и сейчас многие руководители старше меня; было такое, не приходили на совещания. Но я, если цель поставил — все равно добьюсь.
— В Крыму возникает новое поколений людей, ищущих высокие государственные должности, чтоб под этой «крышей» развернуть свои коммерческие способности. А вы?
— Я думаю, что мне не все поверят, но я не участвую ни в каких коммерческих структурах. Хотя их понимаю: государство само подталкивает государственных чиновников к занятию бизнесом. Если предгорисполкома получает меньше, чем заводская секретарь-машинистка, соблазн увеличить свой доход у него очень велик.
— А вам взятки давали?
— Лично я никому, до сих пор не давал: выручает, видимо, мой мандат депутата. А мне приносили. Но очень скоро меж взяткодателями прошел слух, что не сдаюсь, носить перестали.
Но дело не в этом. Из-за нищенской зарплаты уходят лучшие кадры. Или вот, по закону о приватизации служащий госорганов не может участвовать в каких-то структурах. И у многих есть боязнь, что он останется ни с чем. Или проблема: если раньше человек в органах власти мог работать и 20, и 30 лет, перемещаясь иногда вверх, то сейчас он знает, что поднятием рук депутаты в один момент могут лишить его работы и будущего. Только уж совсем или недальновидный, или, как я, «идейный» не будет брать.
За рубежом политиком становятся, уже имея капитал, иначе депутатом не станешь. А у нас с ног на голову: став депутатом, получаешь доступ к каким-то благам.
— В силу каких мотивов ваш город не раз становился площадкой для выступлении Руха? Ведь это движение достаточно непопулярно на полуострове...
— Я вам скажу, что позиция Красноперекопска всегда в средствах массовой информации была представлена в искаженном виде. У нас не было никаких съездов Руха. Просто весной под сине-желтые знамена съехались представители крымских и украинских городов под лозунгом «Крым с Украиной. Я был туда приглашен, выступил как депутат ВС Украины. У нас привыкли считать: сине-желтый флаг — значит, руховец. Город наш по большинству русский, просто наш горсовет выступал категорически против изоляции Крыма и создания здесь собственного государства. Политическая изоляция неизбежно приведет к экономический, а для нашего промышленного города — это смерть. Тысячи людей с закрывшихся заводов придут не Кравчука громить, а горсовет.
— Я не поняла, а почему тогда какое то противостояние с ВС Крыма? По моему, такой же позиции придерживаются и крымские власти.
— Последние решения крымского ВС мы разделяем, но ведь они были приняты и под нашим влиянием! Мы в определенной степени стали неким форпостом противостоянию Украины и Крыма. Ведь оголтелые «отделенцы» здесь — родные братья националистам на Украине, их крайнему крылу типа Хмары. У них и методы-то одинаковые. Меня там обещают повесить как отъявленного «коммуняку», а здесь — за то, что продался тем, кто мечтает меня повесить.
Должен же кто-то их сдерживать! После принятия известного Акта о самостоятельности в Киеве раздавались голоса об аресте Багрова, о высадке спецназа... Представляете, к чему это все могло привести?! Я не говорю, что я герой, просто я уважаю свой горсовет.
— Как?! Сейчас нет ни одного человека, которого бы удовлетворила работа известных нам парламентов, а вы говорите о хорошей работе горсовета? У вас нет криков, деклараций, заявлений, демонстративных уходов? Да к вам за опытом ехать надо!
— Приезжайте. У нас есть, конечно, подводные камни, есть разногласия во взглядах. Но я во всем люблю порядок. Побывав на первой сессии ВС Украины и секретариате, я привез домой регламент работы, на его основе мы разработали свой. Считаю, что толковая организация дела — половина успеха. Кроме того, мы колоссально много внимания уделяем подготовительной работе — в комиссиях, в отделах исполкома, так что на сессию попадает почти готовый документ, что снимает лишнюю нервозность.
— Я правильно поняла, что все дело — в «спикере»?
— Во многом. Надо найти баланс интересов. Допустим, Рух никогда с РДК не станут друзьями, но найти все же общие грани — задача руководителя. А я всегда подчеркиваю, что открыт для диалога.
Но вот РДК на контакт не идет, они довольно бесцеремонно себя ведут на встречах с избирателями...
Парламенты же Киева и Симферополя вели себя в пользу тех, кто сильней: там Рух, здесь — РДК. А надо просто учитывать интересы массы избирателей — мы для них живем и работаем, а не для кучки экстремистов.
Политика всегда оценивают по конкретным действиям и по его позиций, а где позиция у крымского ВС? ГКЧП — он молчит. Черноморский флот — опять тишина, украинский референдум — то же самое. Если ты против Украины — так и скажи, тебя там же больше уважать будут.
— Но политик только тогда политик, когда он гибок...
— Гибкость может быть в тактике, но не в стратегии. Я полжизни прожил на Востоке, научился у восточных людей кое-чему, стараюсь придерживаться гражданской позиции.
— А, может, именно гибкость руководителя крымского парламента спасла нас от более серьезных ситуаций?
— Я считаю, что Н. Багров — очень сильный политик. И он не по зубам многим в Киеве, по отсутствие его четкий позиции... Я думаю, что оно во многом повредило взаимоотношениям с Украиной.
— А если бы на месте Багрова, оказались вы?
— Я не хотел бы ставить себя на его место, неправильно поймут. Но посмотрите, после тех наших решений от нас отвернулся даже Донецк! А можно ли его упрекнуть в нелюбви к Крыму?
Да и РДК оказалось не той организацией, за которой пойдут. Я разговаривал с Мешковым, просил: покажите мне личность, на кого можно поставить, программу действий. Роль личности в истории не подменить, ни изменить нельзя. С кем идти? С кем строить независимое государство? Как мне говорят: объявим себя государством, а дальше видно будет. Я в такие игры не играю. Я политик и практик.
Там, в Киеве, тоже есть масса недостатков, есть депутаты, с которыми я никогда не соглашусь. Тем, кто отстаивал идею автономного Крыма в составе Украинского государства, удалось смягчить позицию радикалов — и это главное.
— А можно ли сравнить работу двух парламентов?
— Украинский работает на более мощной юридической, правовой базе. Но и там тоже есть свои крикуны. А наш парламент... Помните, на выборах основная драка шла за депутатство в горсоветы и в Союз, с Украиной. А облсовету особого внимания не уделяли. Потому так много там хозяйственников, аграриев...
— Высчитаете, что форма Советов себя оправдывает?
— А Советы везде есть только называются по-разному.
— Выскажитесь по крымской делегации в украинском парламенте.
— В принципе делегация неплохая, очень мощная по потенциалу, но нас немного разъединила разность подходов к государственности Крыма. Из 22 человек примерно 15 стоят на «моей» позиции. Цеков, Терехов — у них государственность Крыма идея-фикс, альтернативы они не видят, хотя там у них просматривается русская идея. Есть и те, кто лавирует между этими двумя группами.
— А за что можете себя упрекнуть?
— Отчасти за то, что наша громадная страна распалась таким образом. Разбирая старую страну, надо было заполнять вакуум новой. Но я — песчинка...
— Покончим с серьезным. Скажите, а как вы со своей женой познакомились?
— О, это история... Я закончил СФ ДИСИ; когда учился на пятом, она была на первом. Знали просто, что земляки, из Красноперекопска. Уехал в Тюмень по направлению, а там немного поработал мастером в цехе — забрили (буквально) в армию: в институте «военки» не было. Приехал в Симферополь с лысой головой, увидел на вокзале: писать будешь? Обещала. А знаете, как это в 23 служить солдатом, да еще в Афгане... Написал многим, но переписка осталась только с ней. А сейчас вот дочь в первый класс пошла, а сыну — 11 месяцев!
— О чем жалеете в жизни?
— Ни о чем. Знаю, что идеальной жизни не бывает, но начинать по-другому не хочу. Разве что чуть-чуть отдохнуть: два года не был в отпуске...
* * *
Вот такой наш новый старый знакомый. На прощанье мы обменялись визитками и договорились о дальнейшем сотрудничестве...
Н. ГАВРИЛЕВА