(Газета «Голос Крыма» от 10 октября 2003 года)
«Архитектура—это музыка, застывшая в камне», — сказал мудрец и был, конечно, прав. Только какой будет эта симфония и зазвучит ли она, зависит от человека. Задавшись вопросом, какой видит крымскую архитектуру министр архитектуры и строительной политики автономии Владимир Кравченко, мы отправились к нему на интервью.
— Владимир Григорьевич, неповторимая крымская природа, о которой мы все так много говорим, из-за нарушений норм градостроительства, в основном в период массового строительства «хрущевок», потеряла многое. Точнее будет сказать, потеряли сами люди. На Южнобережье, где природная красота «затушевалась» уродующими ее однообразными многоэтажками, этот контраст особенно заметен. Сейчас при строительстве объектов учитывается ли тот факт, что они строятся не где-нибудь, а на территории уникального полуострова?
— Разработан генплан строительства до 2015 года, существуют ретроспективные планы строительства городов, в которые мы вносим свои коррективы. Что касается ландшафтной архитектуры, гармоничного соединения с природой — эти факторы, разумеется, учитываются. Мы гордились тем, что вывели людей из подвалов, в период массового строительства понастроили похожие одинаковые многоэтажки, выполняя жилищную проблему. У нас были сплошные одинаковые коробки: заводы ЖБИ выпускали панели, от которых отказались во всем мире, а мы строили, испортив весь внешний вид. В рамках реконструкции мы будем пытаться улучшить эту ситуацию, конечно, полностью изменить ее не получится, но там, где есть большое отторжение от ландшафта, окружающей среды, планируем постепенно вносить изменения, вплоть до сноса отдельных зданий. Это допустимо, и Москва уже пошла по этому пути.
Каждый последующий план лучше предыдущего, необходима постоянная модернизация, и это нормальный процесс. Жизнь ставит проблемы чаще и быстрее, чем они реализуются. Генплан — это не догма—все должно быть так, а не иначе. Основа — земля, водоемы, водохранилища — незыблема, а остальное может меняться и корректироваться, это нормальный творческий процесс любого архитектора. Иначе — безвкусица, консерватизм, ретроградство.
К примеру, настраивается мансардный этаж, за счет этого меняется кровля, затем утепляется фасад, внешний вид сразу меняется — вместо коробки уже другое здание. И я категорически против типовых проектов.
Если обратиться к истории архитектуры нашего полуострова, нетрудно заметить использование элементов национальной архитектуры в таких известных архитектурных сооружениях, как Юсуповский, Воронцовский дворцы, не говоря уже о Бахчисарайском ханском дворце. Можно ли использовать какие-нибудь национальные элементы сегодня, к примеру, при строительстве жилых домов?
Говорить о национальных особенностях особо не приходится, поскольку мало таких объектов, которые бы характеризовали Крым и его архитектуру как национальную. Сегодня это зависит главным образом от желания и мастерства архитекторов, и одна из подобных попыток осуществлена при строительстве ресторана «Старый Крым». Это здание действительно выполнено со всеми атрибутами национальной архитектуры. Должен сказать, нам пришлось защищать проект ресторана перед тремя мусульманскими общинами, усмотревшими в его строительстве попытку опорочить каноны ислама.
Трудно найти разницу между жильем, которое сложилось в Крыму, и традиционным.
Допустим, в Алуште, Ялте сохранилось такое жилье, но его можно назвать и крымскотатарским, и турецким, и греческим — сказывалось пересечение культур, их влияние друг на друга. В целом архитектура интернациональна, но есть элементы, которые подчеркивают национальный стиль. К сожалению, в крымскотатарской архитектуре очень мало таких элементов. Издана книга «Крымскотатарская архитектура», в которой проведен анализ, приведены объекты, выполненные в национальном стиле. Их осталось мало — они либо модернизированы, либо перестроены. Поэтому выделить какой-либо стиль сегодня сложно, а уж применять его еще сложнее. Национальный колорит сохранился лишь в культовых сооружениях, будь то мусульманские мечети или православные храмы. И это не только в Крыму. К примеру, на архитектуру Турции, Объединенных Арабских Эмиратов огромное влияние оказал европейский стиль. Сказываются и возможности конструкций, отделочных материалов, и, кстати, я заметил, что многие мечети тоже строятся в современном стиле. Хотим мы или не хотим, жизнь берет свое, и европейская культура сказалась и на строительстве тоже. Попытка реанимировать нечто национальное не всегда удачно заканчивается, ведь мы, к примеру, вышли из леса, вы—из степей, мы жили в шалашах, вы, скажем, в юртах, но на всех нас оказала влияние Европа, которая привнесла в нашу жизнь жилые дома, кухню, туалет и т. д.
Вспомните Ташкент — после землетрясения город застраивался приезжими строителями, и каждый строил в своем стиле. В результате он потерял национальный колорит. Сегодня там пытаются что-то менять, у Узбекистана, правда, в этом отношении больше возможностей.
Среди представителей крымскотатарского народа есть архитекторы, которые работают над современным видением национальной архитектуры. Это сложный вопрос, должна быть какая-то научная база. Книга, о которой я говорил, — одна из таких попыток. Но, вообще, такие заказы дорогие, и, как правило, заказчик не может позволить себе дорогостоящие декоративные элементы.
Обратите внимание: вокруг Симферополя крымскими татарами строятся жилые дома. Мы как ведомство никак не влияем на это строительство, но, тем не менее, национального в таких домах очень мало, ну разве что арочные окна, кое-что еще, а в целом кровля, внешний вид домов мало отличаются от европейских, и говорить о том, что имеет место нечто колоритное, не приходится. Кстати, по большому счету, арки были присущи и мавританскому, и романскому стилю.
— Но если бы при выборе проекта будущего дома оказалось что-то вроде типового проекта, выполненного в национальном стиле, думаю, нашлось бы немало тех, кто построил бы свои жилища в национальном стиле или с применением каких-то национальных особенностей.
— Кстати говоря, а никто и не мешал. Почему сами-то не воспользовались такой возможностью?
— Не из чего было исходить, нет литературы, и потом, нынешнее поколение почти не знает, как оно вообще должно выглядеть.
— Потеряна сама традиция, почти нет научной базы, иногда попытка реанимировать что-то не всегда хорошо заканчивается. Никаких насильственных действий здесь быть не может. Люди к этому должны прийти сами. И здесь вновь не могу привести в пример ресторан «Старый Крым», казалось бы, куда уж больше — здесь почти все элементы выполнены в национальном стиле, трудно сказать, ресторан это или дворец, автор — энтузиаст именно такого зодчества, вложил в его строительство все, что ему было известно о крымскотатарской архитектуре, там и работники одеты в традиционную национальную одежду. А жилье должно быть в первую очередь удобным. Но те, кто помнит, как было в доме их родителей в Крыму, стараются воссоздать такую же обстановку чисто по наитию, но все это уже не так выражено, как 200-300 лет назад. А вообще, жилье должно быть в первую очередь удобным, просторным, светлым.
— Поговорим о такой вечной проблеме, как городские дороги. Их проезжая часть в крупных городах, вместо того, чтобы увеличиваться, напротив, уменьшается за счет застройки ее различными торговыми точками, автомобили же зачастую припарковываются на проезжей части. Понятно, что в час пик — сплошные пробки... Предусмотрено ли в генплане решение транспортной проблемы?
— Да, города «задыхаются» от транспорта, в связи с чем необходимо в ближайшее время приступить к реализации плана «Транспортная развязка». В нее входит строительство обходных дорог, грузовых магистралей, двухуровневых дорог, тоннелей, расширение проезжей части. Здесь возникает и необходимость вырубки одного или нескольких деревьев. Представляю, какой последует всплеск «зеленых» настроений! Мы тоже любим природу, но иногда надо просто подсчитать, что выгоднее: построить жилой дом внутри сложившейся инфраструктуры или сохранить дерево. Впоследствии, конечно, восстановив такое же количество зеленых насаждений. Но вообще, конечно, транспортная проблема давно требует своего решения. В той же Ялте летом совершенно невозможно проехать, и страшно подумать, что ожидает нас всех в скором времени.
— Извечные вопросы: «кто виноват» и «что делать» и, как всегда, нет средств?
— Мы как жители виноваты в том что не поднимаем эти вопросы и не ставим их остро. Мы как чиновники виноваты в том, что не добиваемся их решения и не стучим во все колокола, надеясь, что кто-то придет и сделает. Пишем бумаги, а добиваться решения проблем не хотим. И дело не в средствах — их не так-то много и надо, а в желании. Во всяком случае, на ремонт центральных магистралей средства выделяются, а на окраинах их не ремонтировали со времен хана Гирая. Выбираем депутатов, которые в первую очередь обещают отремонтировать дороги, проходит их срок, все остается, как было, потом приходят другие и тоже обещают и не выполняют и т. д. А мы продолжаем им верить.
— Возвращаясь к строительной теме, вопрос из курортной темы. В крымской столице до сих пор нет отеля, мало-мальски дотягивающего до европейского уровня. Строящееся в центре города здание предполагалось как «Интурист», а оказалось отданным коммерческим фирмам. В чем причина?
— Все интересы в этом плане, все отели смещены в сторону моря. Там активно строятся мини-пансионаты, отели, жилье рекреационного назначения. Сказать, что сегодня дефицит в номерах, нельзя. Кроме реконструкции и расширения уже существующих, много строящихся. Имеющиеся сегодня в Крыму, и в Симферополе, в частности, отели обеспечивают необходимую потребность. Сейчас, когда резко упала миграция, связанная, в частности, с производственными процессами, в Симферополе такой острой необходимости в подобном отеле нет. Расчетную потребность мы обеспечили, появились гостиницы «Валенсия», «Волга», ряд ведомственных гостиниц, которые перехватывают приезжих.
Пользуясь случаем, хочу поблагодарить «ПС» за то, что поднимает эти проблемы, которые мало кого сегодня интересуют.
Беседовала Лентара ХАЛИЛОВА