КАК РОЖДАЛАСЬ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
- Подробности
- Категория: Кизилов Борис Васильевич — досье
- Опубликовано 01.06.2018 11:15
- Автор: Super User
- Просмотров: 323
(Газета «Крымские известия» от 10 февраля 1993 года)
20 января — вторая годовщина нашей республики — прошла как бы не замеченной официальными властями, и только кажущиеся стихийными митинги и демонстрации в разных городах Крыма напомнили о дне, когда крымчане с редким единодушием пришли на избирательные участки, чтобы защитить автономность полуострова от грядущих испытании в разваливающейся стране.
Сегодня, 12 февраля, тоже знаменательная дата — в этот день Верховный Совет Украины принял решение о воссоздании крымской АССР. И средства массовой информации определенного направления, и политические деятели националистической ориентации упорно стремятся представить акт воссоздания КрАССР как происки партократов — достаточно вспомнить одного прыткого журналиста, прибывшего из одной ныне дружественной страны с его статьей «Что-то с памятью нашей стало...» в «Южном курьере» за 22 января.
Мы решили пригласить в редакцию двух депутатов-историков, имевших отношение к созданию республики, задав им один-единственный вопрос: как это было на самом деле?
Итак, слово Вячеславу ЗАРУБИНУ и Борису КИЗИЛОВУ.
В. 3. Идея автономия в Крыму неоднократно высказывалась крымскими татарами. Разумеется, речь при этом шла о национальной автономии. Этот вопрос дебатировался в янаевской комиссии, которая занималась проблемой реабилитации крымскотатарского народа и в решении которой был пункт о воссоздании КрАССР в составе Украины.
Сразу хочу сказать, что в тот период Крымский обком КПУ не поддержал такой подход. Хорошо известна идея А.Н. Гиренко о придании Крыму статуса Всесоюзной здравницы. Однако чем громче на Украине раздавались призывы к национальному возрождению и «самостийности», тем более идея крымской автономии проникала в сознание крымчан.
Профессором философии В.М. Сагатовским была разработана концепция превращения Крыма в союзную республику. И чем ближе были выборы нового состава облсовета, тем активней идея статуса Крыма обсуждалась в печати, в предвыборных речах кандидатов в депутаты. Была она и в моей предвыборной программе.
Б.К. я бы сказал по-иному. Идея государственности Крыма никогда не снималась с повестки дня, начиная с Боспорского царства— через Скифское. Крымское ханство, республики и государственные образования времен гражданской войны... Так что мысль о привнесении идеи государственности извне, объясняется ли это «рукой Москвы», стремлением сохранить «коммунистический заповедник», «происками сепаратистов» или «националов» — мысль эта попросту несостоятельна.
В 50-е годы, хотя я был еще ребенком, хорошо помню, что передача Крыма Украине прошла для крымчан отнюдь не безболезненно, но можно ли было тогда возмущаться открыто? И не потому ли, что эта идея была выношена людьми разных национальностей, в 80 процентах платформ будущих депутатов звучала мысль об изменении статуса Крыма в сторону повышения — от автономной области до союзной республики. В наиболее четком виде эта идея была выражена в предвыборной платформе общественно-политической организации «Демократическая Таврида» — она была опубликована в «Крымской правде» в марте 1990 года.
В. 3. На первой же сессии Крымского областного Совета идея прозвучала в полной мере. Напомню эмоциональное выступление Ю.А. Мешкова, предложение Б.В. Кизилова о создании рабочей группы по изучению документов о ликвидации Крымской АССР в 1945—46 годах, речи других коллег, но тогда руководство только что избранного Совета призывало не спешить. Затем на одном из собраний депутатов Ю.А. Мешков предложил руководству Совета собрать съезд депутатов всех уровней, чтобы рассмотреть там вопрос повышения статуса Крыма— и снова предложение не нашло поддержки.
Тогда на заседании комиссии по законодательству Ю.А. Мешков и Б.В. Кизилов настояли на принятии Обращения к избирателям, народным депутатам СССР и УССР от Крыма, депутатам Крымского облсовета. городских, районных, сельских и поселковых Советов Крыма, которое было послано в средства массовой информации, всем депутатам областного Совета. В адрес Президиума пошли телеграммы поддержки. Послал такую телеграмму и я.
Б.К. Поскольку руководство Совета по-прежнему с прохладцей отнеслось к нашему письму, группа депутатов облсовета сама создала оргкомитет по проведению съезда депутатов всех уровней и была полна решимости его провести. И только через две недели после начала деятельности комитета последовало высочайшее разрешение, руководства Совета и обкома КПУ рассмотреть этот вопрос на сессии.
В.3. Да, сессия областного Совета однозначно решила создать оргкомитет по выработке предложения о статусе Крыма. В него вошли и депутаты облсовета, и народные депутаты СССР и УССР, представители национально-культурных обществ, ученые.
В течение июля—августа 1990 года комитет, разделенный на несколько групп, каждая из которых решала свой круг вопросов, проработал различные варианты повышения статуса Крыма. Были группы: по государственно-правовым вопросам и научно-методическому обеспечению определения статуса Крыма; по экономическим вопросам (руководитель Н.П. Демченко), организационная (руководитель Г.И. Капшук).
Первую группу возглавлял Л.И. Грач. В ней работал и я. Вместе с группой ученых-историков — П.Г. Герценом. А.И. Айбабиным, И.Н. Храпуновым, В.Н. Даниленко, Э.Б. Петровой. В.П. Петровым — был подготовлен исторический раздел. На последним этапе к нем подключился Б.В. Кизилов, работавший в основном в подгруппе правоведов. В.Н. Сагатовский, представители национально-культурных обществ рассматривали аспекты межнациональных отношения.
Увы, многие депутаты открыто пренебрегали своими обязанностями... В конце августа, когда оргкомитет подвел итоги проделанной работы, выяснилось, что самое сложное — механизм реализации повышения статуса Крыма. Было предложено несколько вариантов:
1) съезд депутатов различных уровней;
2) съезд народов Крыма;
3) совместная сессия областного и Севастопольского городского Советов с делегированием депутатов местных Советов и председателей национально-культурных, обществ;
4) сессия областного Совета с делегированием депутатов Севастопольского Совета и представителей национально-культурных обществ;
5) сессия областного Совета с приглашением председателей Севастопольского и других Советов области и представителей национально-культурных обществ.
Что касается референдума, это предложение звучало лишь в предвыборных платформах некоторых депутатов (Ю.Д. Розгонюка, И.В. Косухина, С.А. Ефимова и др.). Сам я на этом этапе был противником референдума, таи как эта идея не находила поддержки у моих избирателей — крымских татар.
На 3-й (сентябрьской) сессии 1990г. идею референдума горячо отстаивал депутат С.А. Ефимов, заявивший, что любые аппаратно-кулуарные пути, предложенные оргкомитетом, не будут иметь правовых последствий. Любопытно, что в. стенограмме сессии эта часть выступления С.А. Ефимова не отражена, 42-я партийная конференция, состоявшаяся позже, идею референдума одобрила, и с этого момента Крымский обком ее активно отстаивал.
Ноябрьская внеочередная сессия областного Совета согласилась с идеей проведения референдума. Следует отметить, что выступавший на ней Л. М. Кравчук был категорически против него, считая, что автономную республику можно создать и без референдума. Сессия также решила, что представителям депортированных народов, где бы они ни жили, будет предоставлена возможность высказать свое мнение.
Б.К. Я работал в оргкомитете, в группе правоведов, и помню, как тяжело шел вопрос о механизме реализации повышения нашего статуса. Основной проблемой было отсутствие правовой базы для реализации волеизъявления народа. Это мы сейчас шлепаем референдумы один за другим, а ведь 20 января 1991 года это был первый в Союзе референдум вообще! Первый акт истинно народного волеизъявления, как бы ни оценивалось это явление политиками. Отсутствие правовой базы привело к тому, что нам самим, т.е. Совету, пришлось разработать временное положение о референдуме.
Конечно, роль обкома КПУ в организации и проведении референдума умалять нельзя, но когда говорят, что это был номенклатурный референдум, — извините! Это все равно, что считать 90 процентов крымчан недоумками. Формулировка была предельно ясной: «Вы за воссоздание Крымской АССР как субъекта Союза ССР и участника союзного договора?». И то, что на участки явилось столько крымчан всех национальностей, говорит о качественном переходе нас от «жителей Крыма» к такому понятию, как «народ Крыма».
В.3. Интересно, как отнеслись к референдуму различные политические силы в Крыму. Понятно, он не мог понравиться Руху. Отсюда пошли обвинения в заговоре обкома. В основном же общественно-политические организации его поддержали— «Мемориал», «Демократическая Таврида». «Экология и мир» и другие. Помню письмо в «Крымской правде» депутата Симферопольского горсовета В.К. Мордашова, известного своим далеко не нежным отношением к КПСС, который объявил, что по данному вопросу расхождений с партией он не имеет. Многие же из критиковавших референдум тогда, сейчас в рядах тех, кто готов славить любое решение Киева.
Б.К. Хочу закончить тем, с чего начал. К Крыму была, есть (пусть пока только на бумаге) и будет государственность. Я в этом убежден как крымчанин, насчитывающий в Крыму не одно поколение. И вспоминаю сейчас историю воссоздания республики не для того, чтобы «застолбить» приоритет свой, Мешкова или Зарубина в становлении государственности. Мне все равно, кто первый сказал «мяу». Но когда сейчас создаются различные союзы – то ли в поддержку республики, то ли в защиту, я-то уж прекрасно знаю долю участия каждого. Ведь история делается на наших глазах. Хочется, чтобы никто не был забыт и каждому воздалось по делам его.
Рассказ депутатов записала Л. КОНДРАТЕНКО