(Газета «Крымская газета» от 3 января 2002 года)
О разграблении археологических памятников зимой вспоминают редко. Заканчивается «полевой сезон» для экспедиций, да и туристов пол холодным пронизывающим ветром уже не заманишь на древние руины никакими легендами. И проблема как бы размывается во времени, теряет свою актуальность. Правда, только для широкой общественности. Но не для тех, кто хорошо знает: именно в осенне-зимний период масштабы разграблений памятников возрастают в несколько раз. Если археологи могут работать на раскопках только с апреля по ноябрь, т. е. во время благоприятных погодных условий, то грабители «грудятся» круглогодично.
СПРАВКА: В последние годы масштабы разграбления памятников археологии приобрели катастрофический характер. Наиболее критическая ситуация сложилась в Бахчисарайском, Белогорском и Ленинском районах Крыма, где разграблению подвергается до 90 процентов всех античных и раннесредневековых могильников. Случаи грабежей отмечены в Кировском, Сакском, Симферопольском, Черноморском районах, на территориях Алуштинского, Керченского, Феодосийского, Ялтинского горсоветов. Только в одном Бахчисарайском районе на 20 памятниках за последние 10 лет было разграблено свыше 2, 5 тысячи погребальных сооружений.
И это лишь те, о которых стало известно. К сожалению, крымские археологи на сегодняшний день выполняют функции «чистильщиков», докапывают то, что осталось после грабителей. А грабителей нынче куда больше, чем археологов. Да и оснащены они — не в пример тем же ученым. Как свидетельствуют специалисты, все керченские акрополи, например, «прощупаны» «черными археологами» сантиметров на 30 в глубину. Ведь у них на вооружении не примитивные лопатки, а современные приборы для поиска металлов, транспорт высокой проходимости. К тому же их задача — не исследовать, скрупулезно составляя карты, чертежи, отчеты, а побыстрее вырыть и унести. С чем успешно и справляются. И при этом походя гробят все, что, на их взгляд, не очень продаваемо. Грабят и гробят в любое время суток, независимо от сезона и погоды. Без страха и упрека. Да и чего и кого им бояться в чистом поле?
Зато очень боятся крымские археологи. Боятся, что уже в ближайшие годы при таком тотальном разграблении не менее двух третей всех тех ценностей, что остались еще в крымской земле, будет безвозвратно потеряно.
Действительно, сегодня «труд» «черных археологов» востребован, как никогда ранее. Потому что востребованы те уникальные образцы древней культуры, которых на Крымском полуострове, по уверению специалистов, намного больше, чем в любом другом регионе Украины. И слишком привлекательны они для тех, кто знает их истинную цену.
СПРАВКА: Ежегодно на раскопках археологических объектов обнаруживают предметы, изготовленные из драгоценных металлов. На сегодняшний день их насчитывается свыше 7 тысяч. Многие являются уникальными произведениями ювелирного искусства мастеров античности и средневековья. Так, например, только налобная повязка из погребения знатной аланки (датируется первой половиной V века, найдена в с. Лучистое под Алуштой), расшитая 267 золотыми бляхами, имеет страховую стоимость 100 тысяч долларов. Страховая стоимость одной орлиноголовой пряжки — не менее 25 тысяч долларов (только на одном памятнике, возле с. Лучистое, их найдено 46). Примерно так же оценивается одно золотое височное кольцо с гранатами. Некоторые предметы, в силу своей уникальности, оцениваются в мире очень дорого. Например, бронзовая бляха с изображением воина имеет страховую стоимость свыше 75 тысяч долларов.
Сравнимы ли названные суммы с теми скудными средствами, которые выделяются на охранно-археологические работы? Так, 250 тысяч гривень, которые были предусмотрены на эти цели бюджетом Крыма в 2001 году, окупаются всего одной археологической находкой. А ущерб от грабительских раскопок, по самым скромным подсчетам, ежегодно составляет свыше 2 миллионов долларов (!)
Даже если забыть о той духовной ценности, которую представляют собой археологические находки, то все равно цифра уже очень впечатляюща. Не правда ли? И ведь речь идет, заметьте, о реальных деньгах и реальных сокровищах, которые могут приносить доходы и крымчанам, и автономии, и всей стране.
Как сказал по этому поводу Председатель Совета министров Крыма Валерий Горбатов, миллионы у нас под ногами, нужно только захотеть нагнуться, взять их и использовать с пользой для Крыма.
Что для этого нужно? Не так уж много. Для начала хотя бы изменить некоторые приоритеты. Мы часто говорим о том, где и на чем зарабатывать в Крыму средства. При этом, как правило, вспоминаем о промышленных гигантах или, в лучшем случае, о курортных ресурсах. И как-то забываем, что целые государства живут за счет грамотного использования своих достопримечательностей, и особенно археологических памятников и предметов культурно-исторического наследия.
И как же мы используем этот мировой опыт?
Самая крупная коллекция ценных археологических находок хранится в Крымском республиканском краеведческом музее. Несмотря на то, что ее экспонаты трижды вывозились на международные выставки в Италию, Германию и Францию и имели там большой успех, у нас они фактически «спрятаны», а значит, практически «не работают». А ведь, как уже говорилось, многие предметы из этой коллекции в мировом масштабе вообще не имеют аналогов.
В ряде городов Украины, например в Киеве и Одессе, созданы так называемые золотые кладовые. И большинство туристов, посещающих эти города, обязательно стараются побывать в такой «сокровищнице». А уж Крыму-то самой его историей, казалось бы, завещано обзавестись подобной «кладовой».
СПРАВКА: Мировая практика показывает, что такого рода выставки приносят значительный доход (стоимость входного билета составляет от 5 до 10 долларов). Как подсчитали специалисты, «золотые кладовые» могут давать в бюджет Крыма примерно от 10 до 15 миллионов долларов в разгар курортного сезона и около 2 миллионов долларов — в остальные 8 — 9 месяцев.
Даже если доходы будут раза в два меньше, все равно это существенная прибавка к нашему бюджету, заметил Валерий Горбатов. Так можем ли мы разбрасываться такими богатствами? И почему так много было разговоров о тотальном разграблении археологических памятников и при этом практически ничего не делалось, чтобы их сохранить для Крыма, для страны? Конечно, большое количество археологических памятников и те масштабы, с которыми они разворовываются и уничтожаются, требуют стабильного и регулярного финансирования для охраны, изучения, восстановления.
«Но ничего не делая, ничего не вкладывая, ничего и не получишь», — подчеркнул Валерий Миронович, отметив, что есть определенная программа действий, разработанная специалистами Республиканского комитета по охране и использованию памятников истории и культуры, которую Совет министров АРК рассмотрел и одобрил. «Дальше откладывать нельзя, если мы не хотим, чтобы эти богатства подвергались. Таким варварским разграблениям», — заявил крымский премьер.
В числе специальных мер, которые предлагается принять, — создание в составе ГУ СБ Украины в Крыму специального управления по борьбе с грабителями археологических памятников и сбытом археологических предметов. Планируется также силами органов внутренних дел организовать охрану памятников археологии в районах, где наиболее интенсивно ведутся грабительские раскопки. Восстановить штат региональных инспекторов по охране объектов культурного наследия.
Кроме того, необходимо увеличить финансирование необходимо увеличить финансирование непосредственно охранных археологических исследований. По мнению Председателя Горбатова, нужно также срочно выделить средства для создания «золотых кладовых» в городах Симферополе и Ялте. Выделить помещения, оборудовать их специальными охранными устройствами. Это даст возможность круглый год экспонировать коллекции из драгоценных металлов и других уникальных археологических находок. И получать соответственную отдачу.
Предусматривается и еще ряд мер охранного, восстановительного и даже рекламного характера (для пропаганды культурного наследия Крыма). Судя по экспертному анализу, проведенному специалистами, все затраты достаточно быстро окупятся. А у Крыма появится надежда сохранить свое, по большому счету бесценное, наследие.
Анна ОНЕГИНА