Евгений СУПРУНЮК: ОБОЙДУСЬ БЕЗ ПЬЕДЕСТАЛА!

Подробности: Категория: Супрунюк Евгений Владимирович — досье; Опубликовано 15.06.2019 19:58; Автор: Super User; Просмотров: 192

(Газета «Республика Крым» от 4 августа 1995 года)

— Сразу после Вашего избрания председателем Верховного Совета Крыма в печати появились Ваши биографические данные. Однако избирателям этого явно недостаточно. Вполне понятен интерес людей к личности человека, сосредоточившего в своих руках немалую власть. Их интересует жизненный путь лидера, его устремления в юности, то, чего он добился в своей профессии.

— Я родился в городе Туапсе в простой рабочей семье. Отец всю жизнь проработал мастером по ремонту швейных машин, мама работала на железной дороге осмотрщиком вагонов. Когда мне исполнилось десять лет, так случилось, что наша семья распалась, и я вместе с мамой переехал в Крым. Мы поселились в Джанкое, и я продолжил учебу в школе. Учился, можно сказать, неплохо, вот только никак не давался один предмет — украинский язык. Одноклассники изучали его со второго класса, а я после переезда из России только с пятого. Так в мой аттестат и попала единственная тройка по украинскому.

В старших классах начал заниматься, как тогда говорили, общественной работой. Избирался заместителем секретаря комитета комсомола моей родной джанкойской школы N 5. Тогда же пришло увлечение спортом – к окончанию учебы выполнил норматив первого разряда по боксу, впоследствии стал кандидатом в мастера спорта.

Перед службой в армии устроился работать автослесарем на Джанкойскую автобазу. Говорили, что я был неплохим специалистом по ремонту тормозов автомобилей всех систем. Затем увлекся радиотехникой. Поехал в Симферополь и окончил здесь курсы телерадиомехаников. Нужно сказать, что жили мы тогда довольно бедно — без отца, с пожилой бабушкой. Да еще много лет сами строили дом. Я старался подработать на ремонте телевизоров и другой бытовой техники, чтобы помочь семье. Тем не менее я всегда с благодарностью вспоминаю, что и в те трудные годы при более чем скудном бюджете мама с бабушкой всячески старались меня поддержать.

После армии год проучился в Севастополе на так называемом «нулевом» курсе приборостроительного института, а затем поступил на строительный факультет Симферопольского филиала этого же института. Материально, как я уже говорил, было нелегко, и чтобы как-то сводить концы с концами, нужно было подрабатывать. Так я попал впервые в пожарную часть. Днем учился, а вечером дежурил. После женитьбы все вышло наоборот. Днем я работал в пожарной части, а учиться пришлось на вечернем отделении.

В это время пожарные части военизировались, и мне предложили перейти на службу в органы внутренних дел. Вначале я служил простым пожарным, затем младшим инспектором, а потом в звании младшего лейтенанта был назначен заместителем начальника части. Несколько лет я был секретарем партийной организации, и однажды мне предложили перейти на работу в райком партии. По тем временам это было достаточно престижно. Но когда о таком предложении узнал начальник областного управления, он тут же назначил меня в звании лейтенанта начальником пожарной части по охране Киевского района Симферополя. Здесь я проработал одиннадцать лет и дослужился до звания майора. В эти годы и началась моя депутатская биография.

— Сегодня принято только негативно оценивать работу органов представительной власти советского периода. А каково Ваше мнение?

— Я избирался депутатом районного, а затем городского Советов четырежды. Работал в комиссии по законности и правопорядку. Кстати, более двух лет был заместителем у Юрия Александровича Мешкова. Должен сказать, что считаю полученный в те годы опыт очень полезным. Конечно, был партийный диктат, даже прессинг, иногда и бюрократизма хватало. Но там, где депутаты честно выполняли те обязанности, которые на них возложили избиратели, делалось много полезного. Я очень надеюсь, что люди, избиравшие меня тогда в городской и районный Советы, помнят, какие проблемы нам удалось разрешить. Симферопольцы до сих пор вспоминают эпопею с многострадальным жилым домом по улице И. Голубца, который удалось отвоевать для людей. А как нелегко в тех условиях было пресечь безобразия в жилищном отделе горисполкома. Несмотря на связи и давление, многие были строго наказаны и сняты с должностей. Так что полностью зачеркивать практику Советов, на мой взгляд, не стоит.

Если же говорить обо мне лично, то я благодарен судьбе за общение с крупными городскими и областными руководителями, опытными и мудрыми людьми, которые многому меня научили. Интересно, что именно в те годы я познакомился и с некоторыми коллегами по нынешнему составу Верховного Совета Крыма. Мы много общались с депутатами В. Мордашовым и В. Королевым. Выскажу, быть может, спорную мысль, но мне кажется, что именно Советы, так сказать, периода застоя подготовили почву для революции 85-го года. Неравнодушные и активные депутаты этих Советов явственно осознали необходимость перемен, увидели всю глубину кризиса в обществе тоталитаризма.

— Все это время Вы продолжали работать в пожарной охране?

— Конечно. Но, став депутатом, я понял важность получения юридического образования. Подал соответствующий рапорт своему руководству. Но тогда мне не разрешили учиться на юридическом. Порекомендовали вначале получить специальное образование, связанное с моей профессией. Поэтому в 1984 году я поступил в Высшую школу МВД СССР в Москве и по ее окончании получил квалификацию «инженер пожарной техники и безопасности». Но я на этом все-таки не успокоился и в конце концов поступил в Одесский госуниверситет на юридический факультет. Который потом был преобразован в Юридический институт. Недавно я защитил в этом институте диплом. Третий по счету.

— Несколько слов о Вашей профессии. К сожалению, у обывателя сложился некий стереотип о тех, кто защищает нас от огня. Сейчас трудно судить, почему к пожарным относятся как-то несерьезно, с усмешкой, с подначкой. Причем только у нас. Во всем мире пожарный — фигура значительная, а сама профессия — почетная. И действительно, ведь спасать людей и то, что создано их руками и разумом, от стихии — благородное дело.

— Судите сами. В сентябре прошлого года в английском городке Петерборо, который в два раза меньше Симферополя, отмечалось знаменательное событие. Пожарной охране этого города исполнилось сто десять лет. На этот праздник приехал буквально весь мир, а мне посчастливилось побывать там в качестве руководителя крымской делегации. Поразительно, что в этот маленький городок, на, казалось бы, не такое уж крупное событие, английская королева направила своего представителя, присутствовал и ее племянник. А ведь члены королевской семьи очень щепетильны в выборе подобных торжеств.

Этот пример лишний раз доказывает, как высоко ценит цивилизованное общество мужество и смелость, мастерство и самоотверженность. У нас же зачастую забывают простой факт: человек идет в огонь не потому, что его ждет за это высокая зарплата или другие блага. Зарплата у пожарных, увы, сегодня мизерная, никакими льготами они не пользуются. Так почему же эти люди постоянно готовы идти на риск, спасая других? Я не буду давать ответа на этот вопрос, хоть он у меня, конечно же, есть. Не хочется говорить громких фраз. Но пусть читатели задумаются об этом не только тогда, когда услышат пожарную сирену на спешащей к их горящему дому машине. У моих товарищей по профессии уже выработалась своя идеология. Пожары тушатся не по требованию инструкции, а по велению совести. И это, наверное, единственный вид человеческой деятельности, где не бывает халтуры. Или ты потушил пожар, спас людей и ценности, или схалтурил — и все сгорело вместе с тобой самим. Вот такой выбор: или — или.

— Будет ли уместным перенести эти Ваши мысли относительно работы пожарных на работу депутата? Ведь здесь много похожего — схалтурил... и сгорел в политическом пожаре.

— Мне много задавали вопросов, сравнивая мою специальность и нынешнюю должность в Верховном Совете. Я всегда говорил: пожарные рискуют собственной жизнью и отвечают за жизни других. За почти двадцать лет работы я многое повидал, участвуя в тушении больших и малых пожаров. Бывало, смотрел в глаза смертельной опасности. Видел, как мои товарищи выносили из огня по трое-четверо ребятишек, чумазых и охрипших от рыданий. А еще задают «каверзный» в представлении некоторых людей вопрос: как вышло, что так быстро Супрунюк из майора стал полковником. Предлагаю интересующимся проделать такой же путь. Но предупреждаю: на этом пути будет жаркий огонь, пылающий лес, десятки суток без сна и отдыха, а за спиной — ответственность за жизнь сотен подчиненных. На последнем лесном пожаре из шести тысяч человек лишь один сломал ногу. Это редчайший случай при таком масштабе бедствия! Вспоминаются известные строки: каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны. Так и те, кто посмеивается, говоря о нашей профессии.

К счастью, в сессионом зале — даже при острейших политических схватках — ни брандспойт, ни огнетушитель не требуются. Разве только для остужения наиболее горячих голов. Если же серьезно, то уверен, что качества, свойственные людям моей профессии, были бы совсем не лишними для многих депутатов. Потушить любой пожар значительно сложнее, чем его раздуть. Ошибаются те депутаты, которые полагают, что они раздуют политический пожар, а тушить его будут другие. Пора перестать прятаться за фасадами блоков и партий, откуда так спокойно наблюдать за жизнью своих избирателей. Только плодотворная работа в парламенте сделает нас всех народными избранниками. В противном случае, о нас так и будут говорить, как о бывших пожарных, воспитательницах, судьях или директорах кинотеатров. Бывших хороших работниках и неудавшихся депутатах.

— Кстати, Вы, Евгений Владимирович, избраны как независимый кандидат?

— Да, хотя разные предложения поступали, и предвыборный марафон можно было бы превратить в приятную прогулку. Я предпочел честно сразиться с большим количеством претендентов на моем округе и вышел во второй тур один на один с представителем блока «Россия». Как видите — победил. И получил от этого истинное удовлетворение. Во-первых, проверил собственные силы, во-вторых, убедился, что пустые обещания и звонкие фразы — не мое амплуа.

— Как следует из Вашей служебной биографии, Вы уже прошли огонь и воду. А как отношение к медным трубам?

— Скажу так: спокойное. Устраиваться на пьедестале не собираюсь, обойдусь без него. И возводить его для меня никому не советую. Кстати, пока что никто — в том числе и журналисты — не торопятся мне петь осанну, а скорее наоборот. Нашли даже моего однофамильца и в пику мне сделали его российским героем за то, что он где-то и как-то защитил от ругани Бориса Ельцина. А вот я Ельцина не защитил, поэтому, мол, Супрунюк, да не тот. Чепуха, конечно. Обычный прием желтой, как принято было говорить, прессы. Есть, правда, и обидные измышления. Ну да Бог их простит. Жить продолжаю в своей двухкомнатной квартире, а жильцы теперь ходят жаловаться не в ЖЭК, а почему-то ко мне. То воды нет, то электричества... Так у меня ж тоже нет, говорю им. А они все равно ругаются и требуют «навести порядок в собственном доме». Вот такие дела. От охраны отказался. Выяснилось, что в случае чего, мне придется моих же охранников защищать — все-таки у-шу и кон-фу я владею прилично...

Беседовал Г. ДЕНИСОВ.

(Крымский филиал УНЦПИ)

От редакции: Вы прочитали ту часть большого интервью Евгения Владимировича Супрунюка специально для «Республики Крым», которая не носит ярко выраженный политический характер. Надеемся, что читатели с интересом познакомились с некоторыми вехами биографии нового спикера, его профессией. Редакция намерена продолжить разговор с председателем парламента на страницах нашей газеты.