ПОЧЕМУ И ОТ КОГО СКРЫВАЕТСЯ БЫВШИЙ ВИЦЕ-ПРЕМЬЕР ПРАВИТЕЛЬСТВА КРЫМА

• 

Подробности

Категория: Сенченко Андрей Виленович — досье

Опубликовано 27.05.2019 19:29

Автор: Super User

Просмотров: 171

(Газета «Крымская правда» от 17 января 1998 года)

На недавно проходившей пресс-конференции начальник ГУ МВД Украины в Крыму генерал Геннадий Москаль говорил о том, что у правоохранительных органов есть ряд вопросов к Андрею Сенченко, местонахождение которого милиции неизвестно. Журналистами назывались разные версии и предположения о том, где может находиться бывший вице-премьер. Генерал высказал предположение, что Андрей Сенченко, прочитав в газетах о том, что с ним хотят побеседовать представители правоохранительных органов, появится в Симферополе. Несколько дней назад мы предложили Геннадию МОСКАЛЮ задать вопросы Андрею Сенченко через нашу газету, где мы их готовы опубликовать. 

- Нет, не к «Крымской правде» у нас есть вопросы, а лично к Сенченко - сказал генерал. - Если бы со мной хотели побеседовать, я бы, наверное, сам пришел и был готов отвечать. Зачем же бежать и прятаться? Я считаю, что ом прячется, иначе почему он не приходит? А по телефону такие вопросы не задают. Пусть придет, мы поговорим. Чего здесь бояться, я не могу понять... 

- А он боится? 

- Спросите у него, если у вас есть его телефон. Может быть, он не прячется, а где-то на отдыхе или на лечении - он не ставит нас в известность. 

- Насколько я понимаю, основании для розыска Андрея Сенченко нет? 

- Основания для розыска появляются тогда, когда возбуждено уголовное дело и человеку предъявлено официальное обвинение. Вот что такое основание для розыска, согласно действующему у нас уголовно-процессуальному законодательству. 

- Он проходит по какому-то делу как свидетель? 

- Ну почему сразу свидетель? Если бы у нас появились вопросы к вам, вы бы отказались прийти и ответить? 

Связаться с Андреем Сенченко оказалось довольно просто - он отозвался по мобильному телефону в одной из центральноевропейских стран. Естественно, нас более всего интересовало, почему он не хочет разговаривать с представителями правоохранительных органов. 

- У заместителя начальника крымского СБУ Савчука есть мой телефон. За три дня до моего отъезда, а это было 4 октября, я позвонил Сергею Павловичу Савчуку и оставил номер своего мобильного телефона, который у меня работает уже три месяца. За это время мы с ним раз пять разговаривали, последний раз где-то 15 декабря. Тогда он попросил, чтобы я сдал пистолет, который официально находился у меня. Разрешение на него до 20 марта, но по моей просьбе его сдали. Так что контакт, есть постоянный. 

За это время я несколько раз получал информацию о том, что не все благополучно в среде криминальных структур в отношении меня. Различные угрозы имелись и в полученной главком СБУ оперативной информации. В первый раз меня об этом предупредили, когда случилось несчастье с Дмитрием Гольдичем. В тот день я улетал в Москву и задал вопрос Савчуку, прокурору и Кочегарову, могу ли я вылететь. Они сказали «да». Более того, это прозвучало в виде совета. 

Я позвонил из Москвы в СБУ и спросил, что делать? Мне ответили: лучше посиди, по оперативной информации, криминальные элементы говорят о том, что убрали не того. Это лишний раз подтверждает уверенность, что стреляли не в Диму, а в меня. 

- А контакт с МВД у вас есть? 

- Нет. Я считаю, что достаточно имею контактов со Службой безопасности. Тем более что С. П. Савчук лично выезжал на место происшествия и поэтому полностью в курсе дела. Я же не могу ставить в известность всех, от следователя до генерала... Я могу только попросить вас передать ему номер моего телефона. Но я считаю, что генерала вводят в заблуждение - тот же самый господин Кочегаров недавно обращался к Савчуку с просьбой, чтобы я сдал свой пистолет. 

- Вы знаете, о чем вас хотят спросить правоохранительные органы? 

- Я знаю, о чем я их хочу спросить. На мой взгляд, есть основания расследовать не только вопрос о том, кто заказал и исполнил преступление, но и кто заказал и исполняет определенную версию, то есть поворот следствия в другую сторону. В том, что такие исполнители есть в лице отдельных представителей правоохранительных органов, у меня нет сомнений. 

Почему я это утверждаю? Накануне убийства Гольдича у меня дома раздался телефонный звонок. Голос молодой женщины сообщил, что беспокоит телефонная станция и уточнил мой адрес, якобы для составления нового телефонного справочника. Мне этот звонок показался странным, а на следующий день произошло убийство. Когда я давал показания прокурору, я сказал об этом, и он все записал. Но, насколько мне известно, никто с этими данными не работал. Ни одного вопроса, с точки зрения версии о том, что стреляли не в Диму, а в меня, не задавалось. 

- По какой причине вы сейчас находитесь за пределами Крыма? 

- Их несколько. Я считаю, что есть прямая угроза моей жизни. Несколько раз мне передавали - мы, мол, тебя встретим еще в аэропорту, если ты вернешься. А вторая - я сейчас нахожусь в отставке после работы в правительстве, у меня по закону есть свободное время, и я его использую, как считаю нужным. Кроме того, я работаю в крупной российской компании, которая имеет интересы на Украине, и заключил контракт с западноевропейской транспортной фирмой. 

- Вы считаете, что милиция не сможет обеспечить здесь вашу безопасность? 

- У меня создается впечатление, что заплачены деньги конкретными криминальными структурами за то, чтобы разработать иную версию расследования убийства Гольдича. Такая информация у меня есть, я знаю, что некоторые руководители и в милиции, и в прокуратуре находятся на регулярном содержании у криминальных структур. В том же главке СБУ есть достаточно оперативных данных на эту тему, это многолетняя, к сожалению, статистика. 

Добавить к этому, пожалуй, нечего, за исключением того, что в тот же день я спрашивала у генерала Геннадия Москаля, собирается ли он бороться с так называемой «милицейской крышей». Генерал ответил, что не при нем это началось, но он готов разобраться, правда, посетовал: «Мне все говорят намеками. Скажите конкретно, кто кого прикрывает - и будем с ними что-то решать». Теперь я знаю, кто может сказать конкретно - Главное управление СБУ.

С. СЕРГИЕНКО