СВОЙ СРЕДИ ЧУЖИХ, ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ

• 

Подробности

Категория: Сенченко Андрей Виленович — досье

Опубликовано 27.05.2019 18:16

Автор: Super User

Просмотров: 174

(Газета «Крымская правда» от 23 ноября 1995 года)

Не зря говорят, что все новое - это позабытое старое. Примеров тому в истории, литературе, искусстве не счесть. Захотели и мы порадовать своих читателей новой рубрикой. Думали-думали, и пришли к выводу, что ничего лучшего, чем подзабытое "Гость "Крымской правды", не придумаешь. 

А новизна этой рубрики будет в том, что отныне мы станем приглашать к себе тех гостем, с которыми захотят поговорить читатели "Крымской правды". Но и это не все. Гости газеты будут отвечать главным образом на ваши вопросы, уважаемые крымчане. Так что пишите, задавайте свои вопросы. Ждем ваших писем. 

Ну, а первого гостя мы пригласили сами. 

Вице-премьер правительства Крыма А. В. Сенченко - фигура загадочная. О нем ходит масса самых противоречивых слухов. А после нашумевшей публикации в любимой газете президента Украины "Україна молода", в которой Сенченко обвинили в секретном сотрудничестве с российской разведкой, слухов и домыслов о крымском вице-премьере стало еще больше. Одни с негодованием называют его российским шпионом, другие с гордостью - русским разведчиком. А он, похоже, как в том старом фильме, - свой среди чужих, чужой среди своих. Ну что ж, поговорим - послушаем. И начну я, пожалуй, с пароля. 

- У вас продается славянский шкаф? 

- Шкаф продан. Могу предложить никелированную кровать с тумбочкой. 

- Перейдем к "легенде разведчика". Расскажите о себе. 

- Родился в 1959 году в Симферополе, русский. Здесь закончил школу. Поступил в Ленинградский механический институт. Закончил его в 1983 году, получив распределение на симферопольский завод "Фиолент". Там в течение четырех лет работал мастером, инженером, секретарем комитета комсомола. Потом - работа в комсомольских органах. В правительстве Крыма - уже 6 лет. 

- Теперь о семье. 

- С женой Татьяной познакомились в Ленинграде, в студенческие годы, кстати, она тоже крымчанка. Работает директором совместного крымско-швейцарского предприятия. Сыну 14 лет. 

- Как вы мотете охарактеризовать свое материальное положение? Какая зарплата у вице-премьера? 

- Только что зарплату повысили, и я получаю на руки 21 миллион, до этого выходило миллионов 12 -13. Если говорить о материальном положении, я не могу оценить его мак сложное, потому что в наше непростое время многие живут очень тяжело. 

Я имею собственную машину "Жигули" девятой модели, гараж, квартиру. Имею возможность куда-то съездить в отпуск с семьей. Но если бы не работала жена, то, наверное, жить было бы крайне сложно. 

- Сколько длится рабочий день у вице-премьера? 

- Я бы сказал, что сверх всякой меры, потому что часто "перехлестывает" за 13 часов. 12 часов - это вообще нормально. Субботы, естественно, - рабочие, воскресенья - зачастую тоже. 

- Как вы проводите свой досуг? 

- Пытаюсь заниматься спортом, насколько это возможно. Летом - виндсерфинг, зимой - горные лыжи. Читаю сейчас раз в 10 меньше, чем в студенческие годы. И хотя очень люблю фантастику, давно уже в руках ее не держал, потому что читать приходится прикладные книги. Правда, совсем недавно перечитал Фейхтвангера - "Братья Лаутензак", и словно окунулся в год 1994-й в Крыму. 

- Кто у вас ведет домашнее хозяйство? 

- Жена. Потому что я совершенно не приспособленный к этому человек, 

- А какие у вас обязанности по дому?..

- (Вздыхает). 

- Все на жене: она – зарабатывает, она готовит... 

- Где-то примерно так. 

- Теперь о сыне. Из структур крымского правительства исходит слух, что он у вас учится в Швейцарии, и задается вопрос: на какие деньги? 

- Учится, кстати, очень хорошо, уже третий год. Он - второй ученик в школе. Свободно говорит на трех европейских языках: английском, немецком, французском и речь в школе идет о том, чтобы добавить ему четвертый - испанский. 

Что касается платы за обучение. Когда создавалось совместное крымско-швейцарское предприятие, то одним из условий контракта со стороны жены было в том числе и обучение сыне в школе. Оно было принято швейцарской стороной. Я абсолютно уверен, что он вернется в Крым, будет жить и работать здесь. Потому что там мы - чужие. 

- Поговорим о роли личности в наше смутное время. И начнем с чиновничьего класса. Он ведь перекочевал у нас (почти полностью) из партийно-советской системы в базарно-рыночную. И при этом большинство чиновников, прежде чем стать таковыми, выдержали экзамен по отбору кадров, прошли жесткую школу по определению бытия и сознания, в совершенстве усвоили правило - не высовываться. А у вас, Андрей Виленович, простите, что - спина небитая? 

- Не могу сказать, что она у меня не бита, потому что в жизни всякое бывало. Но, на мой взгляд, определенный опыт чиновного прошлого никому бы не помешал. Особенно тем "новым", которые сейчас пытаются заниматься политикой, руководить государством на разных уровнях. Потому что школа эта достаточно универсальна, а принципы управления - они одни и те же. 

Иное дело, что мне повезло: работал я в комсомоле в тот период, когда, с одной стороны, уже не давили догмы и можно было с достаточно высокой степенью свободы реализовать себя. С другой стороны, это не была еще та последняя волна, на которой растаскивались остатки того же комсомола и всего хорошего, что им было сделано. 

- Кстати, и в ваш адрес раздаются упреки от ваших недоброжелателей. В вину ставится то, что вы распорядились комсомольскими средствами, будучи председателем комитета по делам молодежи, так сказать, не забывая о себе. 

- Ну, это - "шуба". Когда разваливалось государство, а вместе с ним комсомол, я к тому времени уже год работал председателем комитета по делам молодежи. Связь с общественными организациями была только одним из направлений моей работы. Но когда я увидел, что происходит и как это делается, то, безусловно, вмешался. Говорить о денежных средствах тогда уже не приходилось, потому что у комсомола после его ликвидации не было денег даже на то, чтобы рассчитаться с находящимися в декретных отпусках. 

Если говорить о материальной базе, то я могу сегодня с чистой совестью не только сказать, но и показать, где что находится. Например, дом отдыха "Молодежный", который и ныне здравствует, он не приватизирован. Транспорт, который был в комсомоле, до сих пор "ходит" в социальных службах по делам молодежи. В Феодосии функционирует Центр планерного спорта. То есть там, где успели перехватить до того, как оно рассосалось бесследно, - все есть. Поэтому мне легко отвечать на этот вопрос. 

- Тогда перейдем непосредственно к роли личности в наше смутное время. Я лично считаю, что сейчас только очень смелый и очень отчаянный человек может пойти на работу в руководящие структуры власти. И вот почему. Все кругом валится. В бюджете - огромная дыра, нет денег для выплаты пенсий, дотаций, зарплаты. Нет денег на приобретение бензина, топлива, газа, оплаты электроэнергии. Ясно, что и нынешняя зима будет полуголодной и очень холодной. А все народное негодование, естественно, выльется на правительство. Так может ли один человек, будь он хоть семи пядей во лбу, что-то изменить? 

- Я думаю, безусловно. Потому что сейчас как раз тот этап, когда разрушены старые устои и создаются новые. Ход развития событий (а они, к сожалению, имеют только одну устойчивую тенденцию - ухудшаться) предугадать трудно. Но можно их замедлить, стабилизировать, а можно ускорить. Все зависит от личности "рулевого". Если это личность негативного плана, то и процессы она способна породить соответствующие, причем достаточно глубокие. И наоборот - позитивная личность, находясь на своей ступеньке власти, поможет в самых сложных обстоятельствах развязать проблемы, найти выход, скрасить жизнь людям. 

Скажу откровенно: работать в структурах власти сейчас крайне трудно. И у меня в семье время от времени прямо ставится вопрос: зачем, мол, тебе это нужно? 

Зачем? Знаете, это как чемодан без ручки: и нести тяжело, и бросить жалко. Потому что есть какие-то начинания, наработки, задумки (а я всегда пытался не плыть по течению, а делать рывок вперед). И когда удается один, второй, третий рывок, то тогда достигнутое уже жалко бросить. Хочется увидеть результат. 

- И выход из тупика? 

- Говоря о выходе, следует исходить из той точки, в которой мы сейчас находимся. А она расположена довольно низко. Мы очень много потеряли за последние два года в силу известных причин и всех этих политических катаклизмов. 

С чего начать? На мой взгляд, мы должны прежде всего возродить крымский патриотизм, чувство гордости за свою малую Родину, за свою землю. А затем четко сформулировать приоритеты в развитии экономики, в развитии отношений вне Крыма. И заявить о себе, подкрепляя слова последовательными действиями: там, где надо, достаточно жестко настоять, а где и – договориться. Без шараханья из стороны в сторону. 

- Но вот вы уже дм года пытаетесь поделить собственность с Украиной, разграничить полномочия. И эти переговоры, насколько я знаю. напоминают диалог немого с глухим, а делить Украина может только по принципу: это мое, и это тоже мое. 

- Пока у государства не оформлены Отношения между центром и регионами, как, например, в Российской Федерации, это и позволяет конкретным чиновникам в силу собственного понимания, совести, чести волюнтаристским путем влиять на развитие событий. Это касается и взаиморасчетов с Крымом, и раздела собственности. Это касается и самой политики по отношению к Крыму, вернее, ее полного отсутствия. То есть имеется такое чисто ситуационное реагирование, когда могут или приласкать, или дать по рукам. И это не только больная проблема Крыма, но и не менее острая проблема Украины. Потому что, не определив своего отношения к регионам (не только к Крыму, но и к Донбассу, Закарпатью), не сформировав свою политику и не следуя этой политической линии, государство просто идет к краху. 

- Ну, конечно, так я вам и поверила! Вон ведь, как писала одна из центральных газет этого государства: Украину пустили в Совет Европы, а Россию - нет. Добилась-таки "европейская держава" своего заветного желания. 

- Я абсолютно уверен, что любое цивилизованное государство должно идти по пути присоединения к международным конвенциям. На этот путь встали сейчас все бывшие составные части Союза. Но при этом, на мой взгляд, надо опять-таки иметь какую-то сформированную линию поведения в отношении бывших республик-сестер. Потому Что для всех, кто хочет разобраться и понять происходящее, очевидно, что Украину сегодня пытаются использовать как буфер по отношению к России. И не более того. Именно использовать. 

- А теперь объясните, почему вас не пускают в Москву. То одна правительственная делегация едет туда, то другая, но я что-то никогда не видела в их составе вашу фамилию. Почему? Вы что, действительно российский разведчик и ездите отдельно? 

- Не знаю, почему. Тем более, что у меня уже очень много вопросов накопилось, в том числе, как это не удивительно, по протоколам, подписанным с Московским правительством. Являясь координатором по выполнению всех этих соглашений, я с трудом представляю, как их контролировать и выполнять, поскольку не участвовал в достижении этих договоренностей, не знаком с людьми, представляющими московскую сторону. 

Есть и сугубо личные вопросы, которые в мог бы решить в Москве вместе со служебными делами. Например, представить там свою диссертацию, посвященную региональной экономической политике. 

- Да и потом реформы в России идут - в жизни, а не на бумаге. 

- Если говорить об экономических преобразованиях, то сегодня предметом главной моей заботы являются не только и не столько реформы, сколько вопрос разграничения полномочий с Украиной. Мы сегодня связаны по рукам и ногам. И прекрасно понимаем, что за каждым нашим реформаторским шагом, скажем, в налоговой политике, последует окрик. Решение будет отменено по форме, только для того, чтобы показать, где чье место. К сожалению, это пока стена. И когда каждый день бьешься о стену головой, то уже просто не понимаешь, зачем это делать. 

Допустим, пусть все военные здравницы останутся у Министерства обороны Украины. Я согласен. Но только при одном условии: что они на общих основаниях будут платить налоги в крымский бюджет. Есть и второй вариант: эти здравницы могут не платить налоги, однако бюджет Украины компенсирует потери крымскому бюджету. Но сегодня ведь Крым в связи со всевозможными льготами для военных несет часть расходов за МО Украины. Помимо того, что мы отчисляем в Киев на содержание армии. 

- В какую же сумму выливаются нам все эти потери от военных? 

- Это даже не миллиарды, это, по крайней мере, за триллион. 

- Какой необходим срок, чтобы Крым стал подниматься из бездны, а люди смогли жить мало-мальски по-человечески? 

- Определенные положительные сдвиги могут произойти только в том случае, когда мы получим возможность оперативно реагировать на происходящее, когда будут устранены элементарные диспропорции. А для этого надо решить вопрос о разграничении полномочий. Условно говоря: сегодня - полномочия, завтра - подвижки. 

- А если вы не получите этих полномочий, что будете делать? 

- Лично я? 

- Да. 

- Честно говоря, - в такой ситуации бессмысленно будет оставаться на посту вице-премьера. 

Больше того, на мой взгляд, если не будет внятно определена региональная политика Украины и совершенно особая политика в отношении Крыма, то без этого у Украины нет будущего. Или все закончится полным крахом, или здравый смысл и чувство самосохранения подскажут единственный выход из тупика. 

- И напоследок пара блиц-вопросов. Какая черта собственного характера вам нравится, а какая не нравится? 

- Нравится, наверное, все-таки достаточное упрямство. И оно же мне не нравится. Потому что иногда упрямство одерживаем победу над чувством самосохранения. 

- Вы сожалеете о каких-то своих поступках, о чем-то, сделанном не так? 

- Вроде ничего стыдного не совершал. Жаль того, что те успел сделать, и того, что не получилось.

Вела беседу Т. РЯБЧИКОВА