ПОСЛЕДНЯЯ «ЛИНИЯ ОБОРОНЫ»

• 

Подробности

Категория: Чебанов Василий Анатольевич — досье

Опубликовано 27.07.2019 17:07

Автор: Super User

Просмотров: 246

(Газета «Крымские известия» от 23 апреля 2016 года)

Ежегодно наша планета теряет свое зеленое убранство — площадь лесов уменьшается на двадцать пять миллионов (!) гектаров. У природы осталась последняя «линия обороны» — заповедные территории. И сегодня остро стоит вопрос: сохраним их или, переступив последний рубеж, отдадим на растерзание?  

Читатель спросит: что же такого страшного происходит с особо охраняемыми лесными и степными зонами? Ответим: из двадцати процентов заповедного фонда, которые должны быть на полуострове, сегодня осталось чуть более пяти. И даже на них идет яростное наступление. Как спасти то, что еще не утрачено? Возможно, стоит передать в федеральное управление и уповать на строгость российского законодательства? По всей видимости, именно так и надо поступить, чтобы избежать дальнейшего «освоения» дикой природы.

Две большие разницы

В Крыму существует не шесть заповедников, как было недавно, а пять: Казантипский, Опукский, Крымский, Ялтинский и Карадагский (мыс Мартьян утратил прежний статус). До воссоединения с Россией все они имели общегосударственное значение, однако в марте 2014 года национализированы и переданы в управление Рескомитета по лесному и охотничьему хозяйству. Пожалуй, на тот момент это было единственно верное решение. Но по российскому законодательству иметь высокий статус особо охраняемых могут территории, находящиеся в федеральном управлении. О том, что заповедники, если их не передать в государственную собственность, автоматически становятся природными парками, предупреждали крымские экологи и ученые. И это, как сказали бы в Одессе, «две большие разницы».

Заповедник — территория, которая изымается из хозяйственного пользования, где до минимума сводится любая деятельность человека. Миссия заповедных зон — сохранить все виды растительного и животного мира. Но не в отдельности (это можно сделать и в искусственных условиях, например, в питомниках или зоопарках), а в целом, сберегая все сообщество. Предназначение же природного парка — «демонстрировать» натуру людям. Туризм — основной вид деятельности на его территории. Хорошо это или плохо? С одной стороны, организованное посещение леса менее опасно для экосистемы, нежели бесконтрольные гуляния, пикники, чреватые возникновением пожаров. С другой — статус парка допускает несколько уровней воздействия. Кроме заповедных зон, есть места стационарной рекреации (кемпинги, базы отдыха), интенсивной, где находятся жилые дома и курсирует автотранспорт, а также хозяйственная зона, где могут располагаться даже предприятия.

В общем, правила землепользования в природном парке гораздо мягче, нежели в заповеднике, поэтому часть их площадей в лучшем случае может отойти под развитие рекреации, а в худшем — под застройку. Кстати, пример уже есть.

«На территории Тарханкутского природного парка хотят устроить коттеджный городок для тысяч туристов. Естественно, в самых ценных приморских зонах. Местная администрация считает, что нужно развивать край, увеличивать количество рабочих мест, и делать это собирается за счет территории парка», — информировал журналистов в начале этого года член правления Крымской республиканской ассоциации «Экология и мир» Андрей Артов. До сих пор вопрос границ этого парка не решен.

Все начинать с нуля

Спустя два года после вступления Крыма в состав РФ республиканские власти наконец-то решили передать заповедники в федеральное управление.

«У Крыма нет средств, чтобы содержать заповедный фонд. Учитывая это, правильнее будет, если опекать территории с особым статусом начнет Минприроды РФ», — говорит руководитель Госкомлеса В. Чебанов.

Однако дело продвигается очень медленно. Оказывается, не все так просто, как хотелось бы. Несколько лет назад Александр Гордецкий, будучи заместителем председателя упомянутого комитета, отмечал, что местные советы, принимая решение о создании заповедного объекта, фактически исключали часть своей территории из хозяйственного пользования, взамен получая обязательства по ее охране со всеми вытекающими из этого проблемами.

«Нет никакой компенсации и тем более — поддержки со стороны государства. Поэтому владельцы земельных угодий не дают согласия ни на разработку границ существующих заповедников, ни на создание заповедных зон на своей территории. Им это невыгодно», — отмечал А. Гордецкий.

Органу местного самоуправления было гораздо выгоднее отдать лакомый кусочек предпринимателю и получать за это деньги. Наглядный пример — земельные участки на плато Ай-Петри, переданные в аренду Ливадийским поссоветом.

Более того, при Украине многие пользователи и собственники угодий, на которых располагались объекты природно-заповедного фонда, не имели даже актов на право пользования землей. Естественно, эти территории не были занесены в Земельный кадастр.

В общем, сегодня, чтобы передать заповедники в Минприроды РФ, надо все начинать практически с нуля.

«Необходимо провести зонирование, определить границы, вынести их в натуру, затем поставить на кадастровый учет», — отмечает В. Чебанов.

По его словам, ближе всего к процедуре находится Карадагский заповедник — границы определены, проведены кадастровые работы. Следом идут Казантипский и Опукский, у которых остался последний этап работ.

Крымский природный заповедник в прошлом году оказался в ведении федерального государственного бюджетного учреждения «Комплекс Крым» Управделами президента.

Бесконечная история

Что же касается Ялтинского горно-лесного заповедника, он до сих пор «в подвешенном» состоянии. Здесь тоже надо установить границы, однако сделать это сегодня нелегко, так как в свое время их хотели менять: исключить из охраняемых земель прибрежные зоны, а потери возместить за счет территорий с севера (Бахчисарайского района). Этим намерениям предшествовала история возникновения Ялтинского заповедника. Дело в том, что до 20 февраля 1973 года его как такового не существовало — был лесхоз. Вдоль всего южного склона тянулись сотни километров коммуникаций, территория была застроена, страдала от антропогенного воздействия.

Поэтому, когда встал вопрос о переносе границы, местные сельсоветы очень рассчитывали на «правильное» решение и уже строили планы по использованию территории, которую хотели исключить из категории охранной. Никто, кроме ученых и экологов, тогда не задумывался, что в вертикальной зональности, начиная от прибрежной полосы и заканчивая яйлой, представлены разные виды растительных и животных сообществ, обеспечивающих самовыживаемость и саморегуляцию всего горно-лесного комплекса. К тому же Ай-Петринская яйла — огромный водосборник, благодаря которому Ялта, Севастополь и Бахчисарай получают воду. Только представьте, что произойдет, если «сломается водонапорная башня». И совсем уж нетрудно догадаться, что может случиться от чрезмерной антропогенной нагрузки не только на яйлу, но и на склоны Ай-Петри: еще памятен пожар 2007 года, когда погибли люди...

В данный момент, по информации В. Чебанова, есть договоренность между министерствами финансов России и Крыма, что в третьем квартале этого года республике перечислят 17,5 миллиона рублей на выполнение всех необходимых работ по установлению границ Ялтинского заповедника.

«По тому, как складывалась ситуация, сейчас невозможно точно сказать, где будет проходить граница. Нужно провести инвентаризацию земель, выявить территории, которые придется изымать из заповедника (например, 7 гектаров в Симеизе, где располагаются дачи МВД), затем проводить общественные слушания, обязательно с участием ученых, экологов, общественников. Решение вынесем на согласование в Совет министров РК. После этого начнутся геодезические работы, составление межевых планов, вынос границ в натуру, на завершающем этапе — кадастровые работы», — рассказывает В. Чебанов.

Сколько времени понадобится только на выяснение, какие зоны нельзя трогать, а какие участки стоит вынести за пределы заповедника, неясно. Ощущение, что дело опять затянется на десятки лет, не покидает. Главное, чтобы за период «безвременья» номинально охранную зону «не раздерибанили» и не застроили. В противном случае процесс инвентаризации превратится в бесконечную историю. «На выходе» же можем окончательно потерять уникальный природный комплекс…

Ольга САФРОНОВА